Неудовлетворение потребностей. Увертюра.
Jul. 26th, 2002 03:42 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
neividПредисловие.
Я решила, что не буду писать предисловий. Что получится, то и получится.
Рабочая группа, в ней 20 человек. Два молодых человека и восемнадцать дам. Дамы возраста разного, от двадцати пяти (одна) и до пятидесяти (несколько) лет. Молодые люди - действительно молодые: обоим около тридцати. Первый - всячески приятен душевно, но какой-то бесполо-вежливый. Не вызывающий ничего "эдакого" у прекрасных девяти десятых группы.
Зато второй - весь из себя мачо. Не то что бы очень, но вполне: и осанка, и глаза из-под век, и улыбка ироничная такая, и брит по моде, под машинку. Барышням нравится.
Группа неделю непрерывно работает на тему "межличностные отношения". То есть все, что происходит между ее участниками, немедленно обсуждается и анализируется. Присутствие мачо по имени Галь работу обостряет до крайности: половина разговоров - про секс, возбуждение, соблазнение и их последствия для хрупкой психики будущих терапевтов. "А я тебя возбуждаю?", "А согласился бы ты поцеловать... ну, скажем, вот её? А вот её? Ну, хорошо. А МЕНЯ???", "А не чувствуешь ли ты, что такое количество женщин тебя стесняет? Нет? А что ты тогда чувствуешь?", "Да отстань ты от него! - Нет, это ты от него отстань! Отстань, я сказала!".
Галь ситуацию переносит стоически. Он насмешливо смотрит на взволнованных дам, говорит мало и вообще делает вид, что ему всё до фени. Вокруг него волнуется море женских страстей (которое и обсуждается на занятии, и там же анализируется со всей профессиональной терминологией), а он тихо сидит и молча смотрит. Фигня, типа. Мне-то что, короче. Крутой такой, не чувствует ничего.
А на одной из перемен я заглянула в опустевший класс, чтобы взять забытую сумку с бутербродами. В середине большой, гулкой без людей комнаты, сидел Галь, а между колен у него стоял барабан (нашелся в классе, там целый шкаф с инструментами стоит). Галь чуть-чуть откинулся назад, прикрыл глаза и изо всех сил лупил по барабану. Дикая, страстная, безостановочная дробь била в высокий потолок и отскакивала от гладких стен. Руки Галя ходили по всей поверхности барабана, оглаживали его, отталкивали, притягивали и дробили на куски. Барабан стоял неподвижно, зажатый между Галевых колен, а сам Галь чуть покачивался в такт бешеному ритму.
Меня он не видел, и ничего он не видел. Его закрытые глаза глядели куда-то в потолок и за него, выше - туда, где вместо прикрытого ироничной улыбкой спокойствия живет безумный, откровенный, возбужденный, ничего и никого не стесняющийся и всех побеждающий барабанный бой.
Я решила, что не буду писать предисловий. Что получится, то и получится.
Рабочая группа, в ней 20 человек. Два молодых человека и восемнадцать дам. Дамы возраста разного, от двадцати пяти (одна) и до пятидесяти (несколько) лет. Молодые люди - действительно молодые: обоим около тридцати. Первый - всячески приятен душевно, но какой-то бесполо-вежливый. Не вызывающий ничего "эдакого" у прекрасных девяти десятых группы.
Зато второй - весь из себя мачо. Не то что бы очень, но вполне: и осанка, и глаза из-под век, и улыбка ироничная такая, и брит по моде, под машинку. Барышням нравится.
Группа неделю непрерывно работает на тему "межличностные отношения". То есть все, что происходит между ее участниками, немедленно обсуждается и анализируется. Присутствие мачо по имени Галь работу обостряет до крайности: половина разговоров - про секс, возбуждение, соблазнение и их последствия для хрупкой психики будущих терапевтов. "А я тебя возбуждаю?", "А согласился бы ты поцеловать... ну, скажем, вот её? А вот её? Ну, хорошо. А МЕНЯ???", "А не чувствуешь ли ты, что такое количество женщин тебя стесняет? Нет? А что ты тогда чувствуешь?", "Да отстань ты от него! - Нет, это ты от него отстань! Отстань, я сказала!".
Галь ситуацию переносит стоически. Он насмешливо смотрит на взволнованных дам, говорит мало и вообще делает вид, что ему всё до фени. Вокруг него волнуется море женских страстей (которое и обсуждается на занятии, и там же анализируется со всей профессиональной терминологией), а он тихо сидит и молча смотрит. Фигня, типа. Мне-то что, короче. Крутой такой, не чувствует ничего.
А на одной из перемен я заглянула в опустевший класс, чтобы взять забытую сумку с бутербродами. В середине большой, гулкой без людей комнаты, сидел Галь, а между колен у него стоял барабан (нашелся в классе, там целый шкаф с инструментами стоит). Галь чуть-чуть откинулся назад, прикрыл глаза и изо всех сил лупил по барабану. Дикая, страстная, безостановочная дробь била в высокий потолок и отскакивала от гладких стен. Руки Галя ходили по всей поверхности барабана, оглаживали его, отталкивали, притягивали и дробили на куски. Барабан стоял неподвижно, зажатый между Галевых колен, а сам Галь чуть покачивался в такт бешеному ритму.
Меня он не видел, и ничего он не видел. Его закрытые глаза глядели куда-то в потолок и за него, выше - туда, где вместо прикрытого ироничной улыбкой спокойствия живет безумный, откровенный, возбужденный, ничего и никого не стесняющийся и всех побеждающий барабанный бой.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2002-08-03 12:50 am (UTC)Про Марка Хазина (в мое время он официально звался "Марик Хазин") знаю, конечно - хотя и не очень много. Лет десять назад, еще до всех своих глобальных свершений, он провел несколько занятий на том семинаре, где из нас готовили засланцев в СНГ. Позже я о нем слышала от разных людей, бывших у него на семинарах и работавших с ним.
То, что он делает, по-моему, называется "театр одного актера". Работает собой и по своей системе. Он сильный и харизматичный (хотя так, внешне, и не скажешь), действительно влияет на людей.
Кому-то нравится, кому-то - нет. В некоторых вызывает сильное неприятие, а в ком-то безумный восторг.
Мне лично он кажется несколько - как бы это поточнее сказать - показательным, что ли. Цирковым. За неделю исправляет людям характер, мировоззрение и чуть ли не жизнь. Может, оно и так (я встречала тех, на кого все это действительно сильно повлияло), но мне не кажется, что такое за неделю - это хорошо. Шоковая терапия - да, конечно, но я бы поостереглась. И с той точки зрения, что будет потом с самим человеком, и - с окружающими его. Плюс к тому, не всем эта терапия делает добро, некоторым она критически не подходит - а ведь на семинары нет отбора, заплати и приходи. То есть процент тех, кому это все принесло пользу, может быть не выше тех, кому оно навредило. А ведь шоковая терапия - методика экстремальная, там если уж навредит, так мало не покажется.
Я это все к чему. Мне кажется, что работа Марика - совсем не "терапия". Это, скорее, психотренинг, натаскивание, дрессировка. То есть вещи, мне лично и моему мировоззрению в достаточной мере противоположные. Знаете, вот сейчас подумалось: специалиста, человека сильного и защищенного, я бы на такое не то что бы пустила - сама бы пошла, из любопытства и желания понять получше. Может, и из желания проверить и даже спровоцировать. А вот просто, скажем, подростку, или даже человеку взорослому - не рекомендовала бы. Когда ты идешь туда, где тебе заранее говорят, что с тобой сделают - оно может оказаться опасным.
Но ведь и с парашютом прыгают, что тоже опасно. И многим помогает воспитать характер и выковать из себя железного Феликса. Не запрещать же людям идти в инструктора парашютного спорта из-за того, что в прошлом году четыре студента приземлились неверно и сломали себе шею.