![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
neividА вот кому с утра текст, горячий? С пылу, с жару, только что из-под кнопок, только что из головы, свеженький, благоухающий, не остывший еще, не выветрившийся, с привкусом ванили и тмина, рассыпчатый, как тёплое яблочное пирожное, в румяной корочке солнечного утра, с начинкой из хорошего сна, с цукатами из апельсиновых корочек, привольно лежащий на чистом полотенце? Кто прочтёт - тому сразу станет вкусно и уютно, будто долго потягивался после крепкого сна.
А вот кому текст - попрохладнее, пожестче, почерствее, коричневатый такой, с горбушкой, крошки рассыпаются? Чуть-чуть о неудачной встрече, чуть-чуть о настроении, что не очень, никаких подробностей, просто "не очень"? С запахом прелых осенних листьев, с рябью как на серых лужах, с вывеской "закрыто на ремонт" поверх пятнистого фасада? С налетом мучной присыпки и философии, с узором пёстрых раздумий поверх? Пустяки, немного слежалось, не отделить "сложно" от "можно" и "нужно" от "страшно", но в целом - ничего себе, не пожалеете, прочтёте - сразу станет задумчиво и странно, будто долго бродил по незнакомому городу под холодным ветром.
А вот кому текст - сгусток тоски, тяжелый, как кусок резины, и вязкий, как старая сгущенка? Кому текст, пропахший нафталином и поеденый молью, с налетом простуды, насморка и мокрой подушки? Душный и пыльный, с глазировкой, как на старой таблетке? С кусочками слипшегося сахара, с лапками увязших насекомых, с чуть заметным запахом плесени и сильно заметным запахом миндаля? Кто прочтёт - тот будет долго блуждать в собственных затёртых воспоминаниях, грустно потирая вмиг простуженные глаза.
А вот кому текст - грубый, как тёрка и шершавый, как мешок из-под картошки? Кому текст - нервный как струна и чуть дрожащий от напряжения? Кому текст, драчливый, как дачный петух, нападающий первым, чтобы противник не успел подготовиться? Кому текст, убитый, как половик после стирки? Кому текст, белый и тихий, как лист бумаги?
А вот это - особый товар, только для взрослых, отойди, мальчик, не шмыгай носом. Кому текст, влажно-туманный, как женские стати, похотливо-откровенный, как исповедь по пьяни, болезненно-воспаленный, как сны онаниста? Кому текст, после которого не надо ни женщины, ни мужчины, а только перечитывать без конца, и тереть, тереть, тереть все те места на возбужденной душе, которым - и больно, и стыдно, и все-таки хорошо? Кому?
Подходите, берите, пробуйте! Перебирайте, смакуйте, прикладывайте к себе, трогайте кончиком языка, проверяйте на прочность! Лейте на голову, мажьте на руки, трите между колен, сыпьте на землю, кидайте в воду, грызите зубами!
Только осторожно, не переборщите: а то войдете во вкус, решите, что всего вам мало, начнете сами составлять рецепты и мешать растворы. И придется вам вечно стоять тут, с нами, с утра пораньше, махать руками, хрипнуть от крика и омывать свои любимые, босые, розовые ноги во всепроникающей холодной росе.
А вот кому текст - попрохладнее, пожестче, почерствее, коричневатый такой, с горбушкой, крошки рассыпаются? Чуть-чуть о неудачной встрече, чуть-чуть о настроении, что не очень, никаких подробностей, просто "не очень"? С запахом прелых осенних листьев, с рябью как на серых лужах, с вывеской "закрыто на ремонт" поверх пятнистого фасада? С налетом мучной присыпки и философии, с узором пёстрых раздумий поверх? Пустяки, немного слежалось, не отделить "сложно" от "можно" и "нужно" от "страшно", но в целом - ничего себе, не пожалеете, прочтёте - сразу станет задумчиво и странно, будто долго бродил по незнакомому городу под холодным ветром.
А вот кому текст - сгусток тоски, тяжелый, как кусок резины, и вязкий, как старая сгущенка? Кому текст, пропахший нафталином и поеденый молью, с налетом простуды, насморка и мокрой подушки? Душный и пыльный, с глазировкой, как на старой таблетке? С кусочками слипшегося сахара, с лапками увязших насекомых, с чуть заметным запахом плесени и сильно заметным запахом миндаля? Кто прочтёт - тот будет долго блуждать в собственных затёртых воспоминаниях, грустно потирая вмиг простуженные глаза.
А вот кому текст - грубый, как тёрка и шершавый, как мешок из-под картошки? Кому текст - нервный как струна и чуть дрожащий от напряжения? Кому текст, драчливый, как дачный петух, нападающий первым, чтобы противник не успел подготовиться? Кому текст, убитый, как половик после стирки? Кому текст, белый и тихий, как лист бумаги?
А вот это - особый товар, только для взрослых, отойди, мальчик, не шмыгай носом. Кому текст, влажно-туманный, как женские стати, похотливо-откровенный, как исповедь по пьяни, болезненно-воспаленный, как сны онаниста? Кому текст, после которого не надо ни женщины, ни мужчины, а только перечитывать без конца, и тереть, тереть, тереть все те места на возбужденной душе, которым - и больно, и стыдно, и все-таки хорошо? Кому?
Подходите, берите, пробуйте! Перебирайте, смакуйте, прикладывайте к себе, трогайте кончиком языка, проверяйте на прочность! Лейте на голову, мажьте на руки, трите между колен, сыпьте на землю, кидайте в воду, грызите зубами!
Только осторожно, не переборщите: а то войдете во вкус, решите, что всего вам мало, начнете сами составлять рецепты и мешать растворы. И придется вам вечно стоять тут, с нами, с утра пораньше, махать руками, хрипнуть от крика и омывать свои любимые, босые, розовые ноги во всепроникающей холодной росе.
