Окончание банкета. Я знаю, что у меня уже была похожая идея. В данном случае это нев

[neivid]

- Это не болезнь, физически ты вполне здорова. Это что-то вроде заложенной в тебя программы, понимаешь? Пока никто с тобой об этом не заговорит, с тобой ничего не случится. Но в тот момент, когда кто-нибудь заговорит с тобой об этом - именно об этом, случайно, узнав откуда-нибудь или просто догадавшись - программа сработает, и ты умрёшь. Сразу же.
- Боже мой, какая патетика. Ведь я же могу просто никому об этом не рассказывать.
- Можешь.
- Ведь я же могу уехать, сменить имя, скрыться от всех - хрен тогда кто узнает, где у меня там какая программа.
- Логично.
- Давай еще раз. Я хочу понять, в чем тут загвоздка.
- "Где ты, мужик, меня кидаешь"?
- Ну да.
*смешок*
- Давай.
- Я больна. То есть я не больна, но обречена. Обречена я не сама по себе, а только в связи с кем-нибудь, кто приведет в действие заложенную во мне программу. Если какой угодно человек заговорит со мной об этом - вот именно об этой моей обреченности...
- ... может быть, желая тебе помочь, или посочувствовать, или даже спасти...
- ...может быть, желая мне помочь, или посочувствовать, или даже спасти - неважно, с какой целью, но только заговорит со мной об этом, о моей программе и моей смерти...
- программа придёт в действие, и ты умрёшь.
- Программа придёт в действие, я и умру.
- Умница.
- Умница.
*смешок*
- Ну и что мне теперь делать?

*cut*

- Доктор, а что случилось с той девушкой? Помните, весной, вы еще рассказывали мне о ней - какая-то мистика, какая-то программа, вроде как она должна была умереть, если с ней кто-нибудь заговорит, или что-то в этом роде...
- Не просто заговорит, а заговорит об этой самой ее обреченности. Отлично помню, никакой мистики. Была такая девушка.
- И что с ней было дальше?
- Дальше? Очень просто с ней было дальше. Она пошла на улицу, и, чтобы обдумать всё, что я ей рассказал, решила посидеть где-нибудь одна. Там, где ей никто не помешает. Залезла на чердак какого-то многоэтажного дома, села там у окна, пригорюнилась, черных дум вовсю полна.
- Доктор, вы циник!
- Я не циник, Ниночка, я ученый. Дальше слушать будешь?
- Буду, конечно.
- Тогда не перебивай. Села у окна, пригорюнилась. И не сообразила гордая беглянка, что в глубокой задумчивости своей поперлась на чердак собственного же дома. Увидела в окно чердачное, как во двор того же дома входит один из её - ну, скажем так, друзей. Близких друзей. Испугалась: вот он сейчас меня поймает! Вот он сейчас со мной заговорит! А друг и правда был близкий, часто угадывал её мысли, на расстоянии чуял её несчастья, и всё такое. Она в панику: он поймет, он узнает, он погубит. Выходить некуда: чердак, а к входу/выходу из дома чешет тот самый друг. Рванула на крышу. Он снизу увидел девушку на крыше, поскакал за ней.
- Зачем?
- Ну сама посуди: бежит красавица по крыше, дом высокий, красавица раньше альпинизмом не увлекалась. Озаботился друг-то. Поднялся на чердак, оттуда - по девицыным следам, она - от него, он - за ней. Добежали до края крыши, дальше - следующий дом, но не вплотную, а так, через какое-то расстояние. Она примеривается прыгать. Он в ужасе: ну точно, с ума сошла.
- А поговорить она с ним не могла?
- О чем? О том, чтобы он ни в коем случае с ней не заговаривал о том, о чем он и сам не знает? Ведь, рассказав ему всё, она бы так или иначе услышала, как он с ней об этом говорит. Нет, ей от него отделываться надо было. Любой ценой.
- Ох...
- Вот тебе и ох. Я просил не перебивать. Так вот, она - к краю, он - в панику. А щель между домами там неширокая была, она бы перепрыгнула вполне, ничего страшного. Только друг тот никак понять не мог, какого лешего краля собирается рвать от него через соседние крыши и вообще по воздуху. Ширину пропасти он издали различить не мог, зато высоту дома знал очень даже хорошо. И он заорал что есть мочи! Заорал её имя, чтобы она хоть на минуту остановилась - а тем временем хотел подбежать и её в охапку схватить.
- И что? И что?
- И ничего. Она от его крика вздрогнула и обернулась - а сама ведь уже прыгала практически, уже совсем на краю была. Ну и сорвалась оттуда к чертовой матери.
- ...
- ...
- Высоко?
- Девятый этаж.
- И что?
- И всё.
- Так ведь... Господи... Подождите, подождите, доктор...
- Да, Ниночка?
- Так ведь получается, что её это программа дурацкая сработала! Ведь этот мужик её, друг, хахаль, приятель, как его там, он ведь действительно с ней заговорил. И она ведь действительно от этого умерла! Причем действительно сразу же.
- Ну да. А никто и не сомневался, программа при таких условиях не могла не сработать.
- ...
- ...
- Неужели, доктор, существуют настолько мощные программы?
- Да не было там никакой программы. Это я эксперимент проводил по негипнотическому кодированию. Я сам создал и завёл эту программу - тем, что ей о ней рассказал. Вот и всё.